Драматический театр имени А.С.Пушкина

УЙТИ, ЧТОБЫ ВЕРНУТЬСЯ

В драматическом театре имени Пушкина новый старый директор Владимир Досаев.

"С возвращением!", - эта фраза чаще других звучит последнее время в его кабинете. Услышала я ее и в ходе этого интервью, когда дверь вдруг открылась и на пороге появился, словно и не уезжал из Магнитогорска в столицу, известный российский журналист и большой друг театра Владимир Мозговой.
"С возвращением!", - улыбаясь, поприветствовал он Досаева, сходу заметив, что предстоящая беседа с хоккеистом Сергеем Федоровым - это святое, но не зайти в театр хоть ненадолго он просто не мог…

- Владимир Александрович, не так давно в городе активно запускали слухи о вашем отъезде в Челябинск, "сватали" на место областного министра культуры. Что характерно, информация активно гуляла по Магнитогорску еще пару лет назад. Была в этих разговорах хоть толика правды и почему вы предпочли вернуться в родной театр?

- За время работы в управлении культуры мне поступали предложения. Особенно серьезные - из Перми и Нижнего Новгорода. Место министра культуры области мне не предлагали - это утка из приближенных кругов к желтой прессе. Вернулся в театр добровольно. Решение принято месяца три назад. У нас была договоренность с Карповым, что я работаю один выборный срок. Он прошел. Кстати, еще одна утка о четырех заявлениях, которые я якобы написал за время работы в администрации города. Было только одно, и оно подписано 26 октября. Эти годы я продолжал заниматься творческими процессами театра, был в курсе всех событий, поэтому возвращение было вполне логичным.

- Помню, как в своем первом интервью в статусе начальника управления культуры городской администрации вы заявили, что никаких "революций" на новом посту совершать не планируете. Могут ли подобные слова быть отнесены и к вашему новому старому месту работы?

- Я вообще против революций. Но на любом месте нужно работать на перспективу, на развитие. За время деятельности в горадминистрации удалось стабилизировать ситуацию в ряде учреждений культуры и дать им новый импульс в развитии, ввести новые традиции, заложить основу на будущее. За это время не было ни одного конфликта, который бы взбудоражил город. Я всегда доверял директорам, и они отвечали тем же. Это главный итог, и я удовлетворен им.

- Каковы, на ваш взгляд, самые болевые точки в театре на данный момент? И насколько на "творческой кухне" и на атмосфере в труппе сказывается отсутствие главного режиссера?

- Их несколько. Первая - необходимость капитального ремонта. Театр, построенный в 1967-м году, устарел и морально, и "физически". Готов проект ремонта, сейчас он проходит экспертизу. Конечно, финансовый кризис повлиял на сроки, но нужно оставаться оптимистами. Вторая - неукомплектованность и разбалансированность труппы. То есть у нас не хватает артистов по целому ряду амплуа, что серьезно ограничивает театр в выборе репертуара. Придется приглашать из других городов. В этом году на базе Магнитогорской консерватории мы набрали 17 студентов на специальность "артист театра и кино", поэтому намечается хорошая перспектива на будущее. Третья - отсутствие главного режиссера. Я всегда был сторонником режиссерского театра, но это процесс не одного дня. Поэтому, чтобы снизить напряженность, мы взяли в штат режиссером-постановщиком Антона Безъязыкова. Надеюсь, он сможет помочь театру.

- В апреле театр первым в области сменил свой статус, став автономным учреждением. Причем сделал это не побоявшись, в разгар кризиса. Как вы считаете, что этот шаг дал театру, если учесть, что в бюджетном кодексе РФ культурные услуги идут в перечне разделов сразу после ритуальных?

- Да, мы первыми в области добровольно перешли в автономное учреждение культуры. Вторым станет челябинский театр "Манекен", правда уже не добровольно. Мне интересно работать в новом формате. Он дает некоторую свободу для определения стратегии в развитии театра. Но, конечно, как у всего нового, есть проблемы, есть непонимание, что это такое. Некоторые пытаются поставить нас на один уровень с частными предприятиями. Но все равно за этой формой - будущее. Со следующего года все бюджетные учреждения будут поделены на три части: автономные учреждения, учреждения нового типа и казенные. Так что наш опыт пригодится.

- Не могу сказать, что после "Грозы" в драматическом театре Пушкина случались спектакли-откровения. По крайней мере, если таковые для кого-то и были, их все равно не много. Понимаю, что невозможно создавать шедевры несколько раз за сезон, а "Гроза" - "товар штучный". Но волнует вот что: героиня нового романа Мишеля Уэльбека редактирует глянцевый журнал "Лолита" и говорит буквально следующее: "Мы пытаемся создать ненастоящее, легковесное человечество". Она уверена в победе "человека легковесного" над "человеком разумным". Не рассчитаны ли иные спектакли в постановке иных режиссеров театра исключительно на это?

- Мы не в Москве и не можем строить репертуарную политику только для одной аудитории. Поэтому у нас есть и классика, и современная драматургия. Есть драма, есть и комедия. Мы должны заниматься воспитанием своей аудитории, расширять ее. Бороться с "человеком легковесным" не нужно, мы все равно проиграем телевидению. Но воспитывать его на серьезной драматургии - нужно. Поэтому у нас в ближайших планах не только современные авторы Гришковец и Гибсон, но и Булгаков, Бунин, Гоголь. И, конечно, я горжусь нашей программой "Театральный город", которая каждый вторник собирает полные залы. Кстати, приходит очень много молодежи.

- Коль уж вспомнилась "Гроза", расскажите о самых запоминающихся моментах последних зарубежных гастролей театра, когда с этой постановкой вы посетили Таллинн, Вроцлав, Вильнюс и Минск. Слышала, что изначально в графике стоял даже Сеул… Что дают такие поездки труппе, как вы считаете?

- Главное, что я сказал бы: "Мы сделали это!" Четыре страны в одном туре - это границы, таможни, разные сценические площадки, языковые проблемы, разная законодательная база… Плюс два срочных ввода в спектакль… Что касается Сеула, то туда мы просто не успевали переправить декорации. Теперь о том, что дают такие поездки… Уверенность в себе, ощущение нужности, гордости за свой театр, желание работать дальше, снятие "провинциального налета". В центральной прессе за последнее время каких только эпитетов не давали нашему театру: отважный, дерзкий, прогрессивно развивающийся... Пока, конечно, это больше авансы, чем реальность. Но будем работать в этом направлении.

- Многие хотели театром мир улучшить. А в этой сфере страстей уже невозможно найти. Единственное пространство, где страсти могут быть, где они еще сохранились - сфера приватности, сфера частных переживаний отдельных людей. Я имею в виду частную жизнь людей, живущих "здесь и сейчас". Не по этой ли причине, Владимир Александрович, в драме полным ходом идут репетиции спектаклей по произведениям Гришковца и Гибсона - "Зима" и "Двое на качелях"?

- В эпоху всеобщей глобализации жизнь и проблемы простого человека отходят на второй план. Думаю, что театр - именно то пространство, которое может дать человеку возможность ощутить себя человеком. Именно здесь поднимают проблемы, которые больше всего волнуют нас в обычной жизни: любовь, взаимоотношения поколений... В своей репертуарной политике мы будем стараться выбирать именно тот материал, который важен сегодняшнему поколению.

- Не секрет, что с годами все труднее находить эмоциональные мотивации для работы. Это может быть профессиональной проблемой или личной, но факт остается фактом. Как вы находите эти мотивации, и что вами движет в таком случае?

- Согласен: работа на одном месте в течение длительного времени притупляет эмоции, теряется мотивация. Я всегда пытаюсь найти что-то новое как в своей работе, так и в работе подчиненных. Сегодня у театра очень амбициозные планы на будущее, так что мотивации хватит на всех.

СТРАНИЧКА ДИРЕКТОРА - ИНТЕРВЬЮ