Первоначально слово " корраль" не имело ничего общего с театром, обозначая в испанских городах 16 в. застройку из четырех сходящихся под прямым углом домов, обрамляющих внутренний двор. Только к концу столетия начали возникать многочисленные коррали, специально построенные для представлений. Начнем знакомство с корралем с обширного внутреннего двора - патио. Актеры выступали на сцене корралей, окруженные с трех сторон публикой. Справа и слева на подмостках мадридских театров находились скамьи для зрителей, отделенные от сцены перилами или балюстрадой. Все остальное пространство патио было заполнено толпой.
     В коррале не было линии четкого разделения исполнителей и зрителей. Актеры выступали в корралях при дневном свете, видя тесно окружающую их публику - не удивительно, что они часто прямо обращались к ней. Спектакль был немыслим без самого тесного - порой опасно тесного! - взаимодействия между актерами и зрителями.
     Публика корралей была невероятно пестрой, состоящей из солдат, слуг, рабов-мавров, крестьян, торговцев и т.п, вплоть до бродяг и представителей преступного мира. Именно их темпераментное поведение - восторженные крики или свистки и шиканье - часто предопределяло успех или неуспех спектакля. Безусловно, публичный театр этой поры не мог забывать о традициях народных зрелищ, фарса, балагана с их вихревой бешеной динамикой и вызывающей раскованностью.
     Зрители, окружавшие подмостки, не только созерцали круговорот событий, но и чувствовали себя вовлеченными в него. На сцене, как правило, не было ничего, кроме актеров, между тем зритель, как в сказке, переносился из дома на улицу, с побережья в ущелье, из дворца в хижину. Так на пустой сцене из ничего возникало все, и актер превращал подмостки в то, что ему вздумается. Драматургия во многом определяла Искусство корралей, во многом, но не во всем - по той причине, что три акта комедии или драмы были только тремя частями спектакля из восьми.
     Первая часть - музыкальное вступление. Спектакли в корралях были, по существу, музыкально - драматическими. С выхода актеров, которые танцевали любой популярный танец, не обязательно связанный с фабулой комедии или драмы, собственно и начинался спектакль. Далее следовало лоа (пролог) - обращение к публике. На сцену выходил актер, призванный добиться, чтобы гвалт сменила тишина. Актер вел вольный, не скованный одной темой разговор с аудиторией. Длительность лоа варьировалась в зависимости от того, насколько быстро и успешно актер устанавливал контакт с публикой, располагая ее в свою пользу. После чего следовал первый акт комедии.
     Наступал антракт, но публика и не думала покидать свои места. Для многих начиналось самое интересное - в антрактах разыгрывались интермедии. В интермедиях не увидеть прекрасных дам и благородных кавалеров - в них сквернословят, дерутся, грабят и воруют. Интермедия показывала мир наоборот, допуская сказочные и невероятные метаморфозы, до предела сгущая пороки и изъяны.
     Далее следовал второй акт комедии. Действие спектакля выходило на финишную прямую, но перед тем, как начнутся решающие события, спектакль делал еще одну передышку - после второго акта исполняется интермедия - танец. Эта часть представляла собой композицию танцев. Во время исполнения интермедии - танца публика приходила в восторг, и эта радость предвещала торжество молодых героев в третьем акте комедии.
     Последнюю точку в спектакле ставила не финальная реплика комедии или драмы, а заключительная мохигана или конец праздника - спектакль в коррале завершался прощальным веселым танцем, в котором участвовала вся труппа. Спектакль в коррале погружал раскрывающийся в комедиях и драмах мир доблести и любви в бушующее в интермедиях и танцах карнавальное веселье...