"ШЕКСПИР ПРЕДЛАГАЕТ КАТАРСИС"
"Ромео и Джульетта". Вариант Магнитогорского театра
Новый сезон драматический театр им. А. С. Пушкина начал с премьеры. Московский режиссер Максим Кальсин представил классическую пьесу "Ромео и Джульетта" в не самой стандартной постановке. Масштабный спектакль, в котором много пластики, поставлен благодаря известному балетмейстеру из Санкт-Петербурга Марии Большаковой.
А вообще всё, что происходило на сцене, мне напомнило историю с романом Шодерло де Лакло "Опасные связи" и его экранизацией в 1999 году "Жестокие игры" (США, реж. - Роджер Камбл). Сегодня молодежь хочет агрессии, драйва, такого боевика, если хотите. Мало кому сейчас интересны классические истории в их традиционном исполнении. Это если не скучно, то, по меньшей мере - не интересно. Время нынче движется значительнее быстрее, энергия заставляет людей жить в режиме нон-стоп.
Герои, читающие реп, - находка, кстати, не особо оригинальная. Сейчас мало кого этим удивишь. Но все-таки есть в исполнении какая-то эмоция, которая добавляет огонька в историю, о которой вроде и так уже все известно. Противостояние двух группировок (семей, если хотите), молодежь - более дерзка, дерутся кожаными ремнями, и не терпят обид, старшее поколение - решает все вопросы более сдержанно, но обид тоже не терпят. Джульетта (Ольга Гущанская) - девушка новой формации, ей уже не подходит сидеть на балконе и ночами разговаривать с луной. Она дерется на японских мечах, слушает музыку в плейере, и дерзит своим родителям. В общем, обычная современная девушка, волею судьбы, оказавшаяся в истории Шекспира. Нет, она не перенеслась на сотни лет назад, она сейчас живет именно так. Ромео (Иван Погорелов) - парень, который любит, и ради этого готов и как человек-паук забираться на балкон к возлюбленной, и драться за нее на балу в лучших традициях азиатских фильмов.
Два варианта свадьбы. Одна - в мечтах - идеальная, доведенная практически до абсурда, красные цветы под ноги невесты, фата невероятной длины. Другая - слишком скромная и поэтому вызывает гораздо больше эмоций. Где-то в углу сцены герои на коленях перед священником, итальянская молитва и чувствуется какая-то обреченность от этой свадьбы. Зная предстоящий финал, становится еще тяжелее. Но героям его еще предстоит узнать, а перед этим постичь всю силу любовных терзаний.
Верона на сцене больше напоминает Венецию, уж слишком много воды, вся пьеса практически прошла под знаком H2O. При этом в самой пьесе о воде речь даже и не шла. Но здесь вода - это такой катарсис, через который проходят все герои. Именно вода смывает всю грязь и делает любовь еще более искренней и, что самое главное, ценнее.
И любовь героев мне больше кажется не в словах, а в прикосновениях, молчании, взглядах. Не стоит говорить о любви, если она есть, то от этого никуда не деться. Не стоит говорить о себе, иначе можно остаться навсегда одним. Не стоит говорить о прикосновениях, лучше испытать все на себе. И молчите, и улыбайтесь глазами и держите друг друга за руки. И оставляйте самые невинные поцелуи как подарок за истинную свободу.
Уже выходя из зала, на весь холл был слышен плач ребенка. Дитя надрывалось почти до хрипоты, сквозь истерику можно было услышать "Зачем она так сделала? Мне их жалко". Вот они настоящие эмоции, которые нельзя сыграть. А мы, к сожалению, уже слишком погрязли в нашей жизни, чтобы постигать её более открыто. И я сейчас бы многое отдал, чтобы так же как этот ребёнок с этой милой непосредственностью воспринимать историю, которую написал великий Шекспир, подарив миру гимн настоящей любви.
Макс Хомяков
Журнал "Западно-Восточный Альянс"
Фото Игоря ПЯТИНИНА